Охота в рассказах

Мой первый буйвол

Сорок пять лет назад отец дал мне, в то время семилетнему мальчишке, книгу Джона Хантера «Охотник». Бессонная ночь. Я даже не знал тогда, что умею так быстро читать. А утром, как приговор, осознание, что все это давно прошло, что «былого нельзя воротить» и страшная горечь от того, что поздно родился. Горечь при этом была совершенно абстрактная: тогда и в самом страшном (или, наоборот, самом розовом) сне в голову не могло придти, что африканское сафари может иметь к нам какое-то практическое отношение. Но, тем не менее, на всю жизнь в памяти сохранилось: самая трудная охота — на слона, самая опасная — на буйвола.

Потом были другие книги, были годы «обычных» наших российских охот. Была первая Африка, был первый слон, но капский черный буйвол (буффало) всегда оставался такой же розовой мечтой, как у знаменитого сына «турецкоподданого» Рио-де-Жанейро и люди в белых штанах.

И вот в этом году мечта, наконец, становится реальностью: мы втроем едем в Зимбабве за буйволами.

Прочитано почти все, что про них написано , изучены размеры трофеев по системе SCI. В глазах , как доллары у дядюшки Скруджа , буйволиные рога. Разлет — 40. Две запятые сверху — это дюйм. Он 25,4мм, а 40 дюймов — больше метра!!

Первый день охоты показал, что буйволы умеют исчезать беззвучно и мгновенно. Без малого два часа мы кружили в густом буше вокруг отдыхавшего стада, пытаясь «вычислить» трофейного быка. Буйволы нас не видели и не слышали. До поры, до времени. Но стоило ветерку поменять направление, как раздался короткий «мык» и стадо просто исчезло. Два с лишним десятка животных, каждое — от полутоны до тонны весом, растворились в буше непонятно как и куда. За четыре часа, остававшихся до наступления темноты, мы их так и не нашли.

Но подкрасться к буйволам — это еще не все. Потом надо суметь «отойти без потерь». Вечерние посиделки проходят в увлекательных воспоминаниях (тех, разумеется, кому есть, что вспомнить) о буйволиных подвигах.

Сергея и его «пи-эйча» в Бенине буйволы загнали на деревья и 40 минут "гуляли вокруг. А наш зимбабвийский «пи-эйч» Ларри рассказал, как разъяренный бык, убивший незадолго до того негритянку, пытался забодать его «лэндкрузер». Я с приличествующим ситуации вниманием слушаю…

Позади четыре дня охоты. Результаты: Володя своего добыл. Он слегка разочарован — трофей чуть-чуть не дотягивает до книги рекордов SCI. Зато старый, говорят, пятнадцатилетний бык.

Сергей почти три часа «гулял» внутри стада в 200 голов — выбирал. Выбрал. Мощные «боссы» — основы, рога загнуты внутрь. Даже Володя завидует. А у меня пока…

Пятый день. С утра трясемся на джипе. Ни следов, ни стада. Обычно буйволы обнаруживались около полудня, а сейчас уже три. Всего ничего до заката. Ау, «буффалы», где вы?

Увидели!!! Почему Лари решил подходить вокруг горы по руслу высохшей речки? Так можно не успеть до захода солнца! Как же все долго.

Лари толкает меня в бок и показывает куда-то в сторону. Куду. Да какой! Три полных витка, минимум 57 дюймов. Лари вопросительно смотрит на меня. Я понимаю, что такого куду я скорее всего больше никогда в жизни не увижу. Но я сорок пять лет мечтал о буйволе!

Вот и место, где лежало стадо. Куда они двинулись? Сопровождающий нас егерь уверенно показывает налево, а «пи-эйч» — направо. Он — главный. Проходим километр, второй. Впереди то ли хрюканье, то ли чавканье. Судя по тому, как Ларри расцвел, он сам не был уверен в своем решении. Правда, впоследствии выяснилось, что правы были оба: стадо разделилось и две группы двинулись в разных направлениях.

Еще чуть-чуть, нет еще одна перебежка. Потом еще три раза. В кустах множество элементов черных туш . Который здесь мой? Высматриваем в бинокль одни рога, другие, третьи, опять перемещаемся, опять рога. Все не то. 

«Пи-эйч» что-то говорит. Даже не пойму, по-английски или на африкаанс. Один черт — не знаю ни того, ни другого. За кустами движение справа налево. Самка, молодой, молодой, самка…Сердце бухает так, что наверно слышат и быки. Вот он — ЗВЕРЬ! Я понимаю, что говорит Ларри!

Виден левый бок, но только задняя часть. Смещаюсь вправо, вижу рога и лопатку. Тресь!

Половина стада галопом и, слава богу, от нас. Штук 70 остались на месте и о чем-то думают. Вспоминаю рассказ Сергея про то, как буйволы в аналогичной ситуации загнали его на дерево. Кстати, на троих (я, Лари и черный тракер) поблизости всего ДВА дерева. К том у же тонкие. Нужно было раньше худеть. Вижу «своего»быка. ОН СТОИТ!

Лари шепчет: — «Шут!» — «Стреляй». И буквально в ту же секунду другой буйвол бросился на него и, сбив с ног, начал катать и ПОДБРАСЫВАТЬ!!! Этакую тушу! Ни хрена себе! Бык летает, только ноги и хвост мелькают в пыли. Але, он же так всю шкуру порвет. Кричим хором с «пи-эйчем» — он по-английски, я по матери. Стадо разворачивается и убегает. Ага, русский мат страшнее пули.

«Мой» бык лежит. Вспоминаю инструкцию Лари: «даже для мертвого буйвола пуля лишней не бывает». Тресь по хребту! Вот и все. Адреналин из ушей струей. Я даже вечером, когда буду рассказывать о том, как оно было, по десятому разу, все еще буду волноваться.

Достаю рулетку. Это, конечно, не рекорд, не только в SCI, но и в нашем клубе добывали буйволов «покруче». Но все равно мой самый-самый. Потому, что это — МОЙ ПЕРВЫЙ БУЙВОЛ!

Юрий Бодянский